Благочинный Бугульминского округа рассказал, как Церковь помогает выйти из-под влияния опасных идеологий

Иерей Георгий Кутырев рассуждает в интервью о роли религии в противодействии экстремистским течениям.

—  Как вы  определяете экстремизм с  точки зрения религиозных учений и  современного общества?
—  Как известно, слово «экстремизм» происходит от  латинского extremus  — «крайний, чрезмерный». Это тот трагический случай, когда духовно незрелый человек, не  имеющий твердой основы и  выстроенных на  этих основах границ, выходит за  край, переходит черту между глубокой верой и  фанатизмом.

—  В  чем заключается разница между религиозным фанатизмом и  истинной верой?
—  Действительно, иногда религиозный фанатик может казаться глубоко и  нелицемерно верующим, абсолютно преданным своей вере и  ее  идеалам. Однако на  самом деле это не  так. Замечательный критерий на  сей счет давно сформулирован, хотя, к  сожалению, не  всем известен. Этот критерий таков: истинно верующий человек готов умереть за  свою веру, а  фанатик готов за  нее убивать других. В  этом принципиальная их  разница. 

—  Какие факторы, по  вашему мнению, способствуют возникновению экстремистских настроений среди верующих?
—  Эти факторы можно разделить на  внешние и  внутренние. Если говорить о  первых, без привязки к  религии, экстремизм набирает популярность среди людей слабых, незащищенных. Бедность, отсутствие поддержки государства и  общества, притеснения со  стороны сильного издревле толкали людей на  преступления. Находясь в  таком положении, человек начинает не  просто жалеть себя, но  и  искать виноватых, думать о  том, кто виноват во  всем происходящем. И  всегда найдутся  те, кто подскажет ответ  — про коварных иноверцев, иноплеменников, тех, кто «неправильно верует» и  т.  д. 

Внутренние корни фанатизма и  экстремизма  — в  собственном духовном невежестве. Ведь фанатик-изувер и  стал таковым, якобы во  имя своей веры, потому что подлинного содержания ее  он  не  знает, не  понимает.

—  Какую роль играют современные технологии и  социальные сети в  распространении экстремистских идей? 
—  Это еще одна немаловажная проблема. Как я  уже сказал, на  путь экстремизма легко перетянуть человека верующего, но  имеющего самые поверхностные представления о  своей вере. И  вот тут вместо подлинных знаний через различные средства передачи информации, через популярные сейчас социальные сети его с  легкостью вербуют  те, чьей задачей является сеять хаос в  обществе и  растить новые пополнения для своей «армии смерти».

—  Какие меры, на  ваш взгляд, наиболее эффективны в  борьбе с  экстремизмом? Какую роль должна играть Церковь в  профилактике экстремистских настроений?
—  Конечно, государство накопило большой опыт как по  выявлению экстремистских течений, так и  по  их  профилактике. И  эффективных мер соответствующим специалистам известно немало. 

А  вот какова в  этом деле может быть роль Церкви? На  мой взгляд, ее  сила в  молитве и  просвещении. Во-первых, Церковь непрестанно молится об  обращении к  Истине всех заблудших. Во-вторых, кто как не  Церковь может объяснить потерявшемуся, заблудившемуся в  своих религиозных поисках человеку, где и  когда он  свернул на  ложную тропинку, что ему сделать, чтоб вернуться на  правильный путь. Именно об  этом многократно говорил и  Святейший Патриарх Кирилл, и  другие церковные иерархи: если мы  хотим, чтобы верное понимание христианства было доступно широким массам, сознательно или бессознательно ищущим Бога, но  находящимся в  опасности найти неверный путь, мы  должны понимать, что вера и  Церковь должны быть не  «частным делом» за  глухо закрытыми дверьми храмов, за  стенами древних монастырей. Они должны быть видимы и  знакомы человеку в  окружающей его повседневности: в  школе и  в  вузе, на  работе, в  средствах массовой информации, в  самых разных сферах бытия. Тогда у  ловцов неопытных душ  — экстремистов и  террористов  — будет меньше шансов влиять на  неокрепшие умы.

—  Как можно помочь людям, попавшим под влияние экстремистских групп?
—  В  первую очередь мы  должны не  забывать, что перед нами  — человек. Не  изверг, не  преступник, заслуживающий осуждения, а  именно наш брат  — согрешивший, запутавшийся, но  брат.

Как замечательно наставляет нас Священное Писание устами святого апостола Павла, «Любовь долготерпит, милосердствует, ...не раздражается, не  мыслит зла, не  радуется неправде, а  сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит» (1  Кор., 13:4-8). Полагаю, что только с  позиции любви и  сострадания мы  можем принести пользу в  деле возвращения жертвы экстремизма к  нормальной жизни  — как духовной, так и  физической.

—  Может  ли Церковь способствовать диалогу между различными религиозными конфессиями?
—  На  эту тему многократно говорил предстоятель нашей Церкви Святейший Патриарх Кирилл. В  частности, он  отметил, что «цель межрелигиозного диалога  — поиск ответа на  вызовы современности, обеспечение мирной жизни и  сотрудничества людей разных религий, национальностей и  культур».

Конечно, мы  исповедуем разные религии, принадлежим к  разным национально-конфессиональным традициям, однако есть  то, что нас объединяет: «нравственные позиции традиционных мировых религий во  многом схожи, что позволяет их  представителям сообща противостоять безнравственности, агрессивному безбожию, межнациональной, политической и  социальной вражде».

Так, участники межрелигиозного диалога по  инициативе Русской Православной Церкви неоднократно совместно осуждали терроризм, высказывались в  поддержку традиционной семьи, выступали за  возвращение нравственных ценностей в  жизнь общества. Совместная работа в  этом направлении ведется, и  мы  надеемся, что она принесет свои плоды.

—  Какие программы по  межрелигиозному и  межкультурному диалогу существуют в  вашем приходе?
—  Как неотъемлемая часть Альметьевской епархии и  Московского патриархата в  целом, наш приход также является частью общецерковного диалога с  представителями иных религий и  светским обществом. Мы  участвуем в  совместных проектах благотворительной направленности, в  помощи бойцам СВО и  членам их  семей, независимо от  их  вероисповедания. Но  самое главное  — мы  участвуем в  важнейшем деле Церкви на  земле  — в  молитве «о  мире всего мира» и  о  спасении всего человечества и  каждого человека.

—  Были  ли случаи, когда вам приходилось сталкиваться с  проявлениями экстремизма в  вашей практике?
—  Слава Богу, таких случаев в  нашей приходской жизни не  было  и, надеюсь, не  будет. Но  даже если нет проявлений организованного экстремизма, не  исключена встреча с  теми, кто в  той или иной мере оказался под влиянием экстремистской идеологии. Поэтому на  приходском уровне важно оказать таковым поддержку. Не  оттолкнуть, а  помочь встать на  путь исцеления, прежде всего, через спасительное Таинство Покаяния.

—  Какой совет вы  могли  бы дать молодым людям, чтобы помочь им  избежать влияния экстремистских групп?
—  Помнить, что экстремизм проистекает из  невежества. А  потому нужно учиться. И  учиться не  только мирским премудростям, но  и  духовному знанию. Важно иметь прочный нравственный фундамент, чтоб никакие сторонние ветры не  смогли столкнуть вас с  верного пути.

Расспрашивала Наталья ПАНИНА
ФОТО: пресс-служба Альметьевской епархии